?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry



«Dreamworks* *Мечтасбывается» в МХТ им. Чехова - это очередное подтверждение того факта, что невообразимо сложно говорить о любви. Именно говорить — вот прямо словами, со сцены, обращаясь к почти тысяче разных людей. А «Мечтасбывается» - спектакль безусловно и абсолютно о любви. И вот, одни здесь с этим сложным искусством справляются лучше, другие — хуже, но каждый говорит, а мы можем выбрать, кого услышать.

Сценография «Dreamworks» подчинена подзаголовку «голливудский фильм» - здесь и визуальный «эффект экрана», и вставные танцевально-вокальные номера, и даже классическая (хоть и воображаемая) перестрелка в прекрасном черно-белом саду. Но главный «кино-ингредиент» — это герои-штампы. Вот любовный треугольник из пресыщенного богача, его все понимающей жены и запредельно длинноногой любовницы. Вот гомосексуальная парочка, состоящая из ненастоящего буддистского проповедника и его спонсора. Вот неудачник, которого предпочли его другу. А вот идеальная девушка Элизабет, которая говорит Правильные Вещи. Все они взаимодействуют в рамках своих образов, что могло бы показаться плоским и нарочитым — если бы рядом с ними не сидел, ссутулившись, Дэвид в исполнении Филиппа Янковского и не наблюдала с улыбкой жена его Мэрил (Светлана Иванова-Сергеева). Эти двое, их диалоги, их эмоции — словно бы «вырастают» из плоского мира в объемный, и именно общая упрощенность и показывает их настолько над-мирно тому самому «голливудскому» происходящему, настолько объемно, и глубоко — что смотришь почти два часа, боясь перевести дыхание.

И из этой особенности происходит удивительный эффект: казалось бы именно Элизабет произносит два основополагающих монолога — о мужчинах и о любви (монологи эмоциональные, искренние, но, на мой взгляд, излишне затянутые и, местами, грешащие неоднократными повторами) — но воспринимает и принимает их смысл зритель через реакцию Дэвида, будь то парирующий вопрос или молчаливое, всей позой приносимое, согласие.

А ближе к концу начинает происходить удивительное. Персонажи «фильма» один за другим вдруг раздвигают принятые на себя рамки — и вот уже любовница-модель приходит к жене, чтобы сказать: «Салли, это я во всем виновата!» - и пусть в этот момент они внезапно танцуют — это всего лишь условность не спешит отпускать обеих. Вот обманутый друг и обманутый муж кричит на могиле своего удачливого соперника: «Фрэнк, где ты теперь? Что же здесь хорошего, Фрэнк?!» А идеальная девушка перестает читать свои прекрасные лекции, и говорит слова, которые не стоило бы говорить... И каждый вырастает и становится больше, чем он есть. Здесь проявляется замечательное и очень важное отношение режиссера к своим героям, которое Виктор Рыжаков озвучил в одном из интервью: «Все, кто здесь есть — я имею в виду в пьесе герои — это очень хорошие люди. Просто они не знают, как выжить.»
А Дэвид и Мэрил становятся такими настоящими, что уже не могут удержаться на своем ненадежном покатом постаменте — и спускаются на авансцену. Здесь кончается последняя условность, преодолевается непреодолимое расстояние — и заканчивается история о любви.

Но есть еще две вещи, о которых я должна сказать.
Во-первых, актерские работы. Прекрасны все - правда, но отдельно упомянуть, кроме исполнителей главных ролей, стоит двух очень разных девушек. Инну Сухорецкую — которая сумела так искренне и непосредственно подать достаточно сложный «голос автора», что даже если не согласен с произносимым, безусловно веришь ей; и Ирину Пегову — которая просто сделала свою Салли такой, какой она должна быть.
И во-вторых. У Филиппа Олеговича много общего с отцом — глаз постоянно ловит знакомые интонации, мимику, выражения.. Но при этом он совсем отдельный, другой, непохожий. Мне кажется, это важно.
Теперь все)

Comments